Первый на Олимпе (2025) 2 (, Россия) смотреть онлайн
Юра Тюкалов вернулся с войны совсем мальчишкой. Ленинград ещё дымился после блокады, а в нём самом будто всё выгорело. Есть уже не хотелось, говорить не хотелось, просто лежать и смотреть в потолок — вот и всё, что оставалось. Сил хватало только на то, чтобы дышать. О том, чтобы снова жить по-настоящему, даже мысли не возникало.
А потом его привели на Неву. Там, у воды, стояли длинные деревянные лодки и люди в спортивных куртках. Михаил Савримович и Вера — муж и жена, оба тренеры по академической гребле. Они посмотрели на худого парнишку с потухшими глазами и не стали его жалеть или уговаривать. Просто сказали: садись в лодку. Юра сел. Не потому что поверил в себя, а потому что не знал, как отказаться.
Первое время было тяжело до тошноты. Руки не слушались, спина горела, лёгкие отказывались дышать в ритме. Но Михаил каждый раз оказывался рядом — спокойный, строгий, но справедливый. Вера подбадривала по-своему: коротко, без лишних слов, зато так, что хотелось встать и грести дальше. Они не обещали лёгкой жизни. Они просто показывали, что она возможна.
В команде собрались разные люди. Кто-то потерял отца, кто-то — всю семью. У одного не разгибалась левая рука после ранения, у другого до сих пор по ночам снились бомбёжки. Но в лодке это переставало иметь значение. Там был только ритм: раз-два, раз-два, втягивай, толкай, дыши. И если кто-то сбивался — остальные подхватывали. Молча, без упрёков. Так и жили: гребли, падали от усталости, вставали и снова гребли.
Юра постепенно узнавал, что может больше, чем думал. Тело, которое считал сломанным, начало слушаться. А главное — появилось то, чего давно не было: желание вставать утром. Не ради еды, не ради тепла. Ради того, чтобы снова сесть в лодку и почувствовать, как она летит по воде.
Любовь тоже пришла незаметно. Девушка по имени Нина работала в соседнем корпусе, иногда приносила ребятам горячий чай после тренировки. Сначала Юра просто кивал ей в ответ, потом стал ждать этих минут. А потом понял, что если Нина улыбается — день уже не пропал зря.
Впереди была Олимпиада в Хельсинки. До неё оставались месяцы, а за спиной — годы голода, холода и потерь. Но команда уже не была просто группой людей, которые гребут вместе. Они стали семьёй. Каждый знал: если он остановится — остановятся все. Поэтому никто не останавливался.
Юра смотрел на воду, на спины товарищей впереди, на ритмично поднимающиеся вёсла — и впервые за долгое время чувствовал, что живёт. Не выживает. Живёт. И эта жизнь, обожжённая войной, оказалась сильнее, чем можно было представить. Она вела их вперёд — к той самой олимпийской воде, где можно было наконец-то доказать: они всё-таки смогли.
А потом его привели на Неву. Там, у воды, стояли длинные деревянные лодки и люди в спортивных куртках. Михаил Савримович и Вера — муж и жена, оба тренеры по академической гребле. Они посмотрели на худого парнишку с потухшими глазами и не стали его жалеть или уговаривать. Просто сказали: садись в лодку. Юра сел. Не потому что поверил в себя, а потому что не знал, как отказаться.
Первое время было тяжело до тошноты. Руки не слушались, спина горела, лёгкие отказывались дышать в ритме. Но Михаил каждый раз оказывался рядом — спокойный, строгий, но справедливый. Вера подбадривала по-своему: коротко, без лишних слов, зато так, что хотелось встать и грести дальше. Они не обещали лёгкой жизни. Они просто показывали, что она возможна.
В команде собрались разные люди. Кто-то потерял отца, кто-то — всю семью. У одного не разгибалась левая рука после ранения, у другого до сих пор по ночам снились бомбёжки. Но в лодке это переставало иметь значение. Там был только ритм: раз-два, раз-два, втягивай, толкай, дыши. И если кто-то сбивался — остальные подхватывали. Молча, без упрёков. Так и жили: гребли, падали от усталости, вставали и снова гребли.
Юра постепенно узнавал, что может больше, чем думал. Тело, которое считал сломанным, начало слушаться. А главное — появилось то, чего давно не было: желание вставать утром. Не ради еды, не ради тепла. Ради того, чтобы снова сесть в лодку и почувствовать, как она летит по воде.
Любовь тоже пришла незаметно. Девушка по имени Нина работала в соседнем корпусе, иногда приносила ребятам горячий чай после тренировки. Сначала Юра просто кивал ей в ответ, потом стал ждать этих минут. А потом понял, что если Нина улыбается — день уже не пропал зря.
Впереди была Олимпиада в Хельсинки. До неё оставались месяцы, а за спиной — годы голода, холода и потерь. Но команда уже не была просто группой людей, которые гребут вместе. Они стали семьёй. Каждый знал: если он остановится — остановятся все. Поэтому никто не останавливался.
Юра смотрел на воду, на спины товарищей впереди, на ритмично поднимающиеся вёсла — и впервые за долгое время чувствовал, что живёт. Не выживает. Живёт. И эта жизнь, обожжённая войной, оказалась сильнее, чем можно было представить. Она вела их вперёд — к той самой олимпийской воде, где можно было наконец-то доказать: они всё-таки смогли.
Читать далее...
Всего отзывов
0